12ноября
Наш WhatsApp +7-914-557-17-50, т. 222-700 (доб.129)
Предыдущий материал Следующий материал
17 октября 2019, 10:00 0

Павел Чиков: «Никакая власть не ограничивает нас в свободе слова так, как мы сами»

Автор: Оксана Руденко

Павел Чиков: «Никакая власть не ограничивает нас в свободе слова так, как мы сами»

Они работают по резонансным делам о нарушении прав человека. Международная правозащитная группа «Агора» – это объединение более 100 адвокатов-правозащитников по всей России. Они защищают гражданских активистов, политических заключенных, жертв полицейского произвола. Представляют их интересы в Европейском суде по правам человека.

С руководителем «Агоры» Павлом Чиковым я познакомилась на семинаре Ассоциации школ политических исследований, который проходил в Юрмале. Харизматичный, уверенный в себе, четко знающий международные нормы и законы.

Мы поговорили с ним о безопасности в Интернете, о новом законе о неуважении к власти, о деле мессенджера Telegram и о том, в каких случаях стоит обращаться в Европейский суд.

Уголовное преследование за высказывания в Интернете

– Да, мы активно занимаемся защитой тех, кого власти преследуют за распространение той или иной информации в Интернете. В подобных делах главная угроза не в их количестве, а в созданном прецеденте. Потому что каждый такой приговор работает в качестве охлаждающего эффекта для всех остальных. То есть достаточно одного случая уголовного преследования, чтобы все напряглись и включили самоцензуру. Потому что никакие власти так не ограничивают нас в свободе слова, как ограничиваем себя мы сами. И журналисты прежде всего. Журналист восемь раз подумает, и у журналиста есть четкие ограничения внутри, о чем говорить, о чем не говорить.

А с развитием социальных сетей «журналистами» стали практически все, у кого есть собственный паблик. При этом у этих людей нет ни редакторов, ни юристов, которые посмотрят на текст, прежде чем его публиковать. Следовательно, риски для всех повышаются, а требования к цензуре возрастают. Поэтому достаточно одного Владислава Синицу посадить на пять лет за твит, как все остальные сразу напрягаются.

Защищать таких людей нужно. Мы должны защищать и таких, как Владислав Синица, потому что наказание неадекватно тому, что он написал.

Сложно ли бороться с судами в подобных делах? И да, и нет. У нас есть несколько десятков дел об экстремизме, прекращения которых мы добились. У нас есть оправдательные приговоры по делам об экстремизме, у нас есть освобожденные, у нас есть около 50 дел в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ).

В ближайшее время они будут рассмотрены, потому что Европейский суд уже сформировал свои стандарты по этому вопросу. И его позиция заключается в том, что в России антиэкстремистское законодательство не соответствует стандартам Совета Европы. Просто ЕСПЧ выносит решения не так быстро, как нам бы всем хотелось.

Почему дела рассматриваются медленно? Позицию Европейского суда понять можно, так как если реагировать быстро, то есть риск быть обвиненным во вмешательстве во внутреннюю политику страны. Быстрая реакция объяснима, если происходят какие-то совершенно чудовищные вещи, связанные с этническими чистками, убийствами, высылками людей в страны, где практикуется смертная казнь, вот тогда Европейский суд вмешивается экстренно. А в делах, связанных с политическими репрессиями, суд предпочитает дать возможность этому всему выдохнуться, а потом сказать: «Ребята, так делать нельзя». И власти в этот момент становятся более готовыми к положительным изменениям. Что произошло в прошлом году со статьей 282 УК РФ, которая была частично декриминализирована. Это основная статья по делам, связанным с экстремизмом, и мы сейчас практически не видим ее применения. Во многом потому, что были внесены изменения в Уголовный кодекс. А эти изменения, вне всякого сомнения, были приняты под давление Европейского суда по правам человека.

История с мессенджером Telegram – точку ставить рано

– Когда Роскомнадзор обратился в российский суд в апреле 2018 году с требованием заблокировать Telegram на территории РФ, было сразу понятно, что суд примет сторону Роскомнадзора. На сегодняшний момент в России, к сожалению, невозможно представить обратную ситуацию, особенно в вопросах, связанных с правами и свободами. Потому что вопрос с Telegram подавался как вопрос национальной безопасности, поэтому суды не могут быть критичны в таких темах.

Павел Дуров никаких иллюзий на этот счет не питал. Он обратился к нам – мы сразу сказали, что вопрос будет решаться только на международном уровне. Наша задача как юристов была максимально исчерпать все судебные инстанции внутри страны, протянуть время и дать возможность Telegram подготовиться к блокировке технически. Что в итоге и получилось. Сейчас мессенджер доступен без каких-либо обходных путей, прокси-серверов и VPN.

С марта 2018 года дело Telegram находится в Европейском суде по правам человека. Юристы «Агоры» подали эту жалобу. В ней обосновывается нарушение определенных статей Международной конвенции по правам человека. Мы не обжалуем решение российского суда по блокировке ресурса. Мы доказываем, что российские власти нарушают основополагающие принципы прав и свобод граждан. Это, прежде всего, неприкосновенность частной жизни. Основная позиция мессенджера заключается в том, чтобы люди общались между собой, а товарищ майор эту переписку не читал. А товарищ майор считает, что он имеет право читать эту переписку и он должен иметь технический доступ к любой переписке. Вот в этом основной принцип.

Что касается решения ЕСПЧ по этому вопросу, то варианта «российские власти ничего не нарушили», конечно же, не будет. Вопрос заключаться будет в том, что же нарушили власти, насколько это серьезные нарушения и какие последствия будут. И учитываться будет все. И, к сожалению, я не исключаю, что учитываться будет и то, что технически Telegram работает. Есть вопрос – действительно ли страдает Telegram?

Так или иначе, жалоба будет в определенных позициях удовлетворена. А вот ключевое во всей этой истории – это те стандарты, которые постарается сформулировать Европейский суд в вопросах касательно технического доступа любых властей к переписке.

На сегодня мы имеем WhatsApp, Signal, Viber, Facebook messenger. Сейчас главный вопрос – должны ли все современные средства общения, предполагающие шифрование переписки, раскрыться всем национальным правительствам? Потому что этот вопрос возникал в деле ФБР против Apple по поводу разблокировки айфона. Это так называемый back door – черный ход, который должна компания, по мнению властей, предоставить им с тем, чтобы, когда им надо, они могли бы зайти и прочитать. Но позиция всех сервисов заключается в том, что если back door дать кому-то хорошему, то это означает, что back door получит и кто-то плохой. Потому что это означат, что программа является уязвимой, то есть не является безопасной. Следовательно, она не может вызывать доверие у потребителя. А современный потребитель ценит в переписке, прежде всего, приватность. Поэтому сервисы, которые не могут обеспечить приватность, не будут популярны. Это уже дело рынка и бизнеса. Это очень сложный вопрос.

Но давайте с другой стороны посмотрим. Используют ли шифрованную переписку разные нечистые на руку люди? Да, используют. И как должны власти их контролировать? И это необязательно даже террористы, которых меньшинство. Это и разного рода наркодилеры, торговцы оружием, мошенники, все, кому выгодна конфиденциальность.

Но опять же, с другой стороны, такой же вопрос можно задавать по отношению к чему угодно. Например, преступники используют автомобиль для перевозки денег, оружия или трупов. То есть решение ЕСПЧ в этом вопросе будет ключевым. Суд должен сформулировать единый стандарт для всех стран Совета Европы, куда входит и Россия, что касается частной переписки. Правда, неизвестно, когда это решение будет вынесено.

Европейский суд по правам человека – последняя надежда?

– В год Европейский суд выносит тысячи решений по жалобам из России. Это, как правило, однотипные дела: права арестованных, права осужденных, применение насилия со стороны полиции, неисполнение решения судов – это совершенно неполитические дела. Вот сейчас мы массово направим в ЕСПЧ иски тех, кого задерживали летом на митингах в Москве, и российским властям придется с этим мириться. Когда речь идет о том, выполнять или не выполнять решение ЕСПЧ, то вопрос стоит не так. Потому что решение ЕСПЧ властям приходится выполнять. Вопрос – как выполнять? Одно дело – выплатить компенсацию, которая присуждена, и она выплачивается в 100 % случаев. За исключением дела «Юкоса», в котором принципиальная позиция российских властей – не выплачивать «Юкосу» 1,9 миллиарда евро. По этому поводу сейчас идет отдельный процесс.

Но главная задача и смысл ЕСПЧ, ради которой он создавался, – это не касса по выплате компенсаций! Европейский суд создавался для выработки единых стандартов в области соблюдения прав человека на всем европейском континенте. И государства должны по собственной инициативе и с желанием это все внедрять. Потому что государства учредили Совет Европы и стали его участниками именно для того, чтобы следовать этим стандартам. И они поручили ЕСПЧ вырабатывать эти стандарты.

А сейчас это выглядит, как лебедь, рак и щука. Когда мы говорим про Россию, Турцию, Азербайджан – главные страны-нарушители Конвенции – они делают все возможное, чтобы блокировать эти положительные изменения. Компенсации – только маленькая часть того, что нужно сделать. Что же должны делать власти? Взять решение суда и проанализировать: в чем системная проблема, что нужно изменить в стране? Так должно работать, но оно так не работает! Власти только ограничиваются тем, что выплачивают компенсацию.

Дальний Восток – «белое пятно»

– Что касается Дальнего Востока, с этим регионом у нас сложности. Связано это с тем, что центральная Россия очень мало знает о том, что происходит на Дальнем Востоке. Дела с Дальнего Востока, связанные с нарушением прав человека, очень редко попадают в фокус федерального внимания. Это с одной стороны. С другой стороны, мы не наблюдаем сильных репрессивных практик в этом регионе. Потому что, как только, например, в Красноярском крае пару лет назад начались гонения, связанные с тем, что пришел новый начальник ФСБ, у нас там сразу возникло несколько дел, которыми занялись наши адвокаты.

В частности, из Благовещенска у нас было дело нескольких экологических организаций, связанное с законом об иностранных агентах. Больше ничего по Амурской области припомнить не могу. Может, в определенной степени отсутствие правозащитников в вашей области может быть связано с неплохой ситуацией по правам человека, и власти у вас не лютуют. А еще есть такой момент – чем дальше регионы от Москвы, тем меньше политических репрессий.

Новые «непонятные» законы

– Не так давно в стране были приняты два неоднозначных закона – закон о неуважении к власти и закон о фейковых новостях. Буквально на днях мы опубликовали доклад о применении закона о неуважении к власти. Мы отследили каждое из 45 дел, которые были возбуждены по этой статье за полгода его применения. Из этих дел половину вели наши адвокаты – 22 дела. Было одно дело из Приморья, из Восточной Сибири. Из Амурской области не было. Этот закон активно применялся властями, но теперь активность пошла на спад, в том числе благодаря публичной юридической защите по этим делам. Каждое третье дело мы в суде отстояли. И сейчас стало понятно – где эти самые ограничения. 80 % дел связаны с оскорблениями конкретно Владимира Путина. То есть мы можем сказать – не оскорбляйте Владимира Путина и не будет риска привлечения по этой статье.

Что касается закона о фейковых новостях, то он не очень работает. Известно только одно административное дело. Еще несколько раз Роскомнадзор обращался в СМИ с требованием удалить контент без риска выплаты штрафа.

На какие деньги существует «Агора»

– «Агора» – это же адвокаты. Адвокаты работает по делам. Может платить сам клиент, может его семья. Если дела значимые, то мы и бесплатно помогаем или за небольшие деньги. Вообще же, что касается общественных организаций, то сейчас набирает обороты краудфандинг (коллективный сбор денег через Интернет). Есть несколько организаций в России, которые в год получают десятки миллионов рублей от простых граждан, которые поддерживают их деятельность. И эти технологии только будут развиваться. Но важно понимать – недостаточно просто кинуть клич в Фейсбуке с призывом перечислять деньги. Это так не работает. Важна репутация организации, ее деятельность, прозрачность, отчетность. Но в любом случае за этим серьезное будущее.

P.S.

  • – Вам угрожали когда-нибудь?
  • – Нет.

Просмотров всего: 545

#Персона

распечатать

Прислать сообщение 8 914 557 17 50